Омялки, гильзы и свистульки
Добро пожаловать в Большой музей!
Здесь музеи рассказывают о себе по-новому. Знакомьтесь с экспонатами, читайте истории о связанных с ними людях и событиях, изучайте важные понятия. Мы приводим вас к музеям, а музеи к вам.

Омялки, гильзы и свистульки

во что играли дети в 1941-1945 гг.

Из собрания Ярославского музея-заповедника

Омялки, гильзы и свистульки

во что играли дети в 1941-1945 гг.

Игрушки в годы войны – совершенно неизученная тема, поскольку она связана с историей военного детства, к которому сегодня в России еще только начинает смещаться фокус исследования. После доминирования глобальных тем, связанных с ключевыми битвами Великой Отечественной, тайнами дипломатии, биографиями выдающихся военачальников, масштабными героями и злодеями, противостоянием спецслужб, наконец, дошла очередь до поколения последних свидетелей – «детей войны».

А как было дело 70 лет назад?

Сами дети войны часто могут сказать вам – «Да мы, пожалуй, и не играли, было некогда» или «играли мало» и «игрушек не было». Действительно военное время диктовало свои условия – голод, холод, труд с перерывами на учебу, оставляли мало времени на игры. Тем не менее, перед лицом войны, террора и страдания детские игры и создание игрушек не закончились, наоборот, они наполнились новыми акцентами и формами, каких не было в мирное время. Игрушки и игры помогали детям с одной стороны хоть как-то удержать хрупкий детский мир, с другой принять войну и тяготы, которые она принесла, как данность. О том, как выглядели игрушки военных лет и в какие игры играли дети можно узнать благодаря двум источникам – фотографиям военных и послевоенных лет, а также из более подробных воспоминаний самих детей войны.

Были в жизни и радости! Омялки и битая посуда.

Алевтина Григорьевна Тихонова (родилась в 1930 г.) так вспоминает военный Ростов Великий: «Были в жизни и радости, находились силы и время на отдых. Детвора моего возраста любила играть в прятки, салочки, лапту. Мальчишки гоняли в футбол. Все вместе мы с большим удовольствием лазали по сараям. Помню, мой отец сам смастерил велосипед, и я с ребятами на нем каталась. Играли мы в куклы, которые шили сами, но самой большой мечтой моего детства так и остался гуттаперчевый пупсик ». В воспоминаниях детей войны часто фигурируют самодельные куклы как основная игрушка девочек. Тамаре Васильевне Тилюпо (Буистовой) в начале войны было четыре года. Она жила в Ивановской области, в рабочем поселке, где добывали торф. По ее словам дети поселка не имели настоящих (т.е. фабричных) игрушек, а пытались что-то сделать сами. Так, из ваты и тряпок они «шили куколок, рисовали им глазки, носик, ротик, особенно длинными почему-то рисовали ресницы. Шили им платья и другую одежду. Первую настоящую гуттаперчевую куколку мне привезла старшая сестра из Иванова сразу после окончания войны. Замерло сердце при виде настоящей куклы». Кукол шили сами девочки и их мамы, иногда артели изготавливали только голову куклы – остальное шили из ваты и тряпочек. Как вспоминает Валентина Васильевна Лучникова, «куклы были в основном тряпичные, их делали сами. Игрушки изготавливали из всего, что попадалось под руку. Мальчишки выпиливали автоматы и пистолеты из досок, а мячи мастерили из старых тряпок, скручивая их тугим комком и связав веревкой». Был в войну и другой способ изготовления самодельного мяча. Влажной рукой гладили коров и таким образом собирали с них шерсть, потом смачивали этот ворс в воде, скатывали, в итоге получался очень прыгучий мячик. Вера Ивановна Цветкова, родившаяся в 1947 году, о трудностях военных лет знает от своей сестры Валентины, появившейся на свет в роковом 1941 году.

«В деревне, где мы жили, покупных игрушек не было, были игрушки-самоделки, которые мастерили из бумаги, фантиков, разных тряпиц. Кукол, например, шили сами из белого холста, голову набивали опилками, или паклей (волокно от переработки льна, которое называли еще «омялками»), лицо раскрашивали химическими карандашами. Карандаш смачивали слюной, чтобы рисунок был ярче. Волосы тоже делали из пакли, они получались желтого цвета.»

Из воспоминаний Веры Ивановны Цветковой.

Платье шилось из цветных лоскутков. Такими куклами играли девочки. А мальчики катали «коляски», которые изготавливали из деревянных кругляшей. Любили играть свистульками, которые изготавливали из дерева, тонких сучков ивы. В то время по деревням ездили сборщики старой одежды и макулатуры. В обмен на такие вещи «тряпичники» давали глиняные свистульки. Это была самая желанная игрушка для ребенка того времени. Летом из глины лепили разные фигурки, сушили на солнышке. Детской посудки не было. Поэтому собирали разные черепки битой посуды, играли ими, как целой посудой, берегли их, хранили, тщательно мыли». По свидетельству Людмилы Михайловны Исаевой, «играли дети всегда дружно, из соломы сами делали осликов, козликов, коровок. Кукол шили из рваных тряпочек, набивали соломой, угольками рисовали лицо. Очень любили играть битой посудой. Летом делали из березовых веток шалаши, играли в лапту тряпичным мячом».

Из собрания музея «Сить». Село Правдино. Некоузский район.

Не растут на елке пряники и флаги?

Не могло военное время обойтись без елочных игрушек. Надежда Ивановна Балыкова вспоминает, что в те годы украшение елки к Новому году было обязательным, оно напоминало о мирной жизни и придавало сил в надежде на скорую победу. В дома приносили настоящую, живую елку. Так как жили очень бедно, то украшали ее тем, что было под рукой. Чаще всего это были самодельные игрушки из бумаги, ваты, дерева. Электрических гирлянд не было, поэтому вместо них использовали свечи. Военная тема стала главной, и даже Дед Мороз на открытках превратился в бородатого партизана, бьющего фрицев. Многие игрушки того времени могли быть сделаны из подручных материалов: к примеру, звезда-наконечник для елки – из химической колбы. Галина Васильевна Бирючина родилась в 1927 году в деревне Мартынка, неподалеку от Московского шоссе, на границе Переславского и Ростовского районов. Она вспоминает, как справляли Новый год.

«В каждом доме ставили елку. Игрушечек не было, и делали их сами. Ставила елку и наша организация – лесничество, где папа работал. Была елка и у колхозников. Забота о людях была, дружно жили, все делали как-то сообща. Послед каждой елки давали игрушечку с собой. Я помню, у меня были два шара, матовые, один розовый с блестками, как снежинками посыпан. Долго-долго я хранила эти игрушечки. Ходили на Новый год ряженые, заходили в каждый дом. Попляшут, попоют, а хозяева им подарочек. Подростки чудили: если парень с девушкой дружит, то золой посыпали дорожку от его дома к ее. Утром на снегу все и видно, кто с кем связан. Это сейчас все ведут себя уж слишком вольно, а мы тогда стеснялись. Под Новый год убирали вокруг дома все вещи. Если кто что оставит – на утро не найдешь: все свезут, стащат в одно место посреди деревни. Озорники! И пойдут бабы утром разбирать свое. У кого санки увезли, у кого бочку укатили. Все смеются. Моей ровни, девчонок 1927 года рождения, было десять – одиннадцать и мальчишек столько же. Мы любили качаться на качелях в сарае. Там переводы толстые, вешали веревку, клали доску. Мальчишки становились сзади и толкали. Летали выше перекладины. Весело было! Потом, к нам в деревню ходили из ближайшей округи парни – гулять с гармошкой. Играли «в ручеек», «в колечко», плясали, смеялись. Кто-то провожался. А сейчас молодежь духовно бедная! Раньше-то гуляли и дружили всей деревней!».

Из воспоминаний Галины Васильевны Бирючиной

Елочные игрушки в ограниченном количестве выпускали и на предприятиях. Так, на заводе «Москабель» из остатков проволоки и фольги изготавливали примитивные яблочки и снежинки. Отходы производства не мешали умельцам делать великолепные работы: переплетенные золотисто-красными нитями домики для птиц, аккуратные корзиночки, пятиконечные красные звезды, внутри которых помещался советский герб . Ламповый завод выдувал шарики, представлявшие собой те же лампочки, но без цоколя. В Великом Устюге выпускали «парашютистов». Делали их очень просто: ко всем елочным игрушкам, невзирая на персонаж, привязывались кусочки ткани. Также военные елки украшались «пистолетами» и «собачками-санитарами». Делали игрушки сами - бусы из стекляруса, из бумаги.

Николай Гудков, родился в 1939 году и во время войны жил в Угличе. По его словам трудности войны сказывались не только на жизни страны, но и на каждом из детей. Тем не менее, «у военной детворы оставалась слабая надежда, что это трудное время пройдет, закончится эта проклятая война. В эти суровые будни взрослые не забывали порадовать хоть чем-нибудь своих маленьких ребятишек и организовывали наш любимый праздник – Новый год, который мы встречали с елкой и Дедом Морозом. Елку наряжали самодельными бумажными цветными бусами, фигурками зверей, вырезанными из картона и раскрашенными; подвешивали на ниточках конфеты (в основном подушечки), пряники, яблоки. По ходу праздничного веселья все съедобные украшения раздавали детям». Особых развлечений зимой сверстники Николая Гудкова, по его воспоминаниям, не знали. Обычно катались на «финских» санках, сделанных родителями из круглого железного прутка. Долгими зимними вечерами собирались за столом и играли в лото на спички (денег ни у кого не было). Играли в снежки. Летом гоняли в футбол резиновым маленьким мячиком или тряпичным.

Немцы и обезьяна. Игрушки с историей.

Дорогие игрушки, фабричные или изготовленные неординарным способом, полученные при необычных обстоятельствах запоминались на всю жизнь. Раиса Александровна Басова (Ипполитова) родилась в Москве в 1934 году, а в 1942 году попала в Ярославль. «Я помню пленных немцев, работавших на лесопилке напротив нашего дома. Они делали деревянные игрушки, протягивали их через забор за кусочек хлеба. Мы, сами голодавшие, были рады такому обмену, ведь у нас не было никаких игрушек», - вспоминает она. Запомнились пленные немцы, жившие в ее дворе и Тамаре Николаевне Спиридоновой (родилась в 1939 году в Ярославле). Немцев водили на различные строительные работы. «Некоторые из них шили, по-моему, обмундирование в цехе, расположенном здесь же. Помню разные движущиеся игрушки, которые они мастерили из дерева и подручных материалов и обменивали на какую-нибудь еду». Борису Николаевичу Кузнецову (родился в 1938 году в Ярославле) запомнился принесенный воспитательницей в детский сад игрушечный паровозик и железная дорога: «Начиная с 1943 года и до конца войны я ходил в детский сад, который занимал первый этаж дома №1 по проспекту Шмидта. Очень нравилась одна из воспитательниц, которую звали Августа Николаевна. Однажды она принесла игрушечную железную дорогу, кажется германского производства. И мы любовались, как по рельсам бегал небольшой паровозик с вагончиками, как открывались и закрывались шлагбаумы, словом получали настоящее удовольствие». А Светлане Николаевне Ивановой (родилась в Ярославле в 1940 году) на всю жизнь остался памятен один эпизод, связанный с получением игрушки. «За отличную службу папе дали десять дней отпуска. В Ярославль он приехал ночью и как-то добрался до нашего дома, постучал в дверь квартиры, соседи впустили его. Папа открыл нашу дверь, одной рукой зажег свет, а другой просунул игрушечную обезьяну. Была она очень большой и похожа на настоящую. От света я проснулась и, увидев такое чудище, конечно, заплакала. Мама с папой стали меня успокаивать и сказали, что она не кусается. Вскоре все дети нашей квартиры играли с ней. Эта обезьяна и сейчас «живет» у меня».

Воробьева Р. П. с подаренной куклой немецким солдатом в 1941 г. д. Юрьево Калининская область. Из семейного архива.

Опасные игрушки.

Следует упомянуть и опасные игрушки, «преподнесенные» детям войной. Так, Рудольф Вячеславович Шуников 1937 года рождения вспоминает не только о том, что дети мечтали получить изготовленный артелью мячик, но и о взрывоопасных игрушках. «В церкви в Мукомольном переулке (г. Ярославль) была в то время артель или мастерская. Там делали разные вещи, в том числе резиновые мячи. Мы туда ходили, пытались выпросить один из них». Дома играли мы, как сейчас помню, сидя под столом и перебирая в коробке разные железки, гайки, гильзы от патронов. Как-то раз мама выметала комнату и выбросила мусор в топившуюся на общей кухне печку. Раздался взрыв, к счастью, пострадала только печка. Видимо в одной из гильз взорвался оставшийся в капсюле порох…. Помню, как мы бегали в район Красной площади собирать осколки снарядов после очередной бомбежки. Вообще-то, эти места огораживали, но мы, мальчишки, пробирались туда». В своих очень интересных и подробных воспоминаниях Валентин Николаевич Петров, родившийся 1932 году и живший в Ярославле, перечисляет дворовые игры: «детей было много, во двор выходили гулять обычно человек пятьдесят. Разбивались по возрасту на группы и играли в разные игры: в расшибалку (на деньги), в стенку – тоже на деньги, в прятки, в казаки-разбойники, в черненькие, в ножички, в жостку (пинали мешочек, набитый камешками), в лапту, в футбол, в волейбол, в жмурки, играли в мушкетеров, сражаясь на «шпагах» (фильм «Три мушкетера» был очень популярен), строили в центре двора зимой крепости из снега и устраивали штурм снежных укреплений». Кроме этого Николай Петрович упоминает, что «в районе автозавода (теперь это Ярославский моторный завод) была устроена свалка из разбитой военной техники – танки «Тигр» и «Пантера», орудия, винтовки, пистолеты, автоматы, каски, пробитые осколками. Мы, школьники, обзаводились на этой свалке всем необходимым для игры в войну. Ходили в атаки, брали снежные крепости с криками: «Ура! За Родину!». Ребята лет 15-16 к нам во двор прикатили с Волги круглую мину диаметром примерно полметра. Мы ее пинали, катая по двору целый день». Об опасности военных свалок вспоминает и Николай Иванович Платонов, родившийся в 1931 году в деревне Князево Любимского района Ярославской области, а в войну живший в Ярославле: «Со свалок тащили все: патроны, запалы от гранат, стволы винтовок и тому подобное. По-детски не чувствуя опасности, играли ими, и это иногда заканчивалось серьезными травмами рук, глаз, лица».

Несколько выводов. Дети всегда дети.

Итак, мы можем сделать несколько выводов, рассмотрев историю игрушек в военное время. Во-первых, в условиях войны, но даже и раньше в 1930-е годы, приоритет в развитии был отдан тяжелой промышленности. Для производства периода 1941-1945 года игрушки были скорее побочным, маргинальным продуктом. Были в те годы и фабричные игрушки, но часто их делали артели. Например, артель в Туле делала парусиновых мишек с бантиками, артель в Ярославле - мячики. Могли их изготовить из материалов обмундирования, вернее, их остатков. Во-вторых, наличие или отсутствие качественных игрушек у ребенка зависело часто от социального положения его родителей, а также места проживания – крупный город или сельская местность. В-третьих, дети, как и взрослые, во многих случаях были вынуждены перейти к стратегии самообеспечения, т.е. делать игрушки самим из подручных материалов или наделять предметы (например, битую посуду) функцией игрушки. Кроме того в детский мир игры со всей очевидностью пришли следы войны – гильзы, исковерканное оружие, корпуса мин и снарядов с городских свалок или покинутых мест боевых действий. Эти «игрушки» еще очень долго представляли опасность для любопытных и неосторожных детей. Очень часто в воспоминаниях детей войны и даже послевоенного поколения фигурируют подобные находки и травмы, с ними связанные. Тем не менее, игрушки и игры помогали детям с одной стороны хоть как-то удержать хрупкий детский мир, с другой принять войну и тяготы, которые она принесла, как данность.

Никольский А. С. Вид на церковь Ильи Пророка с южной стороны. 1943 г. Из собрания Ярославского музея-заповедника.

Источники

Игрушки военных лет//Углече Поле. 2010. Май.

Было детство, и была война. Углич, 2013.

65 живых свидетельств к 65-летию Победы. Сборник писем. Ярославль: типография Ярославского государственного технического университета, 2010.

Вспомнить все: Эстафета памяти: альманах: вып.1-3./сост. Т.Н. Спиридонова, ред. Л.Е. Новожилова. – Ярославль, 2014.

Была война…: Сборник документов и воспоминаний о Ростове в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов. Ростов Ростовский музей заповедник Ростовский Кремль 2001.

Рыбинск и рыбинцы в годы Великой Отечественной войны (1941-1945) Документальный сборник.- Рыбинск: издательство «Рыбинск-Михайлов посад», 2005.

Игры и игрушки военных лет. Череповец.

Игрушки военных лет. Углич.

Игрушки военных лет.

 

 

Текст: Кербиков Михаил